НАВЕРХ

Рады, что Вы с нами!

Загрузка поиска

ПОДПИСКА НА RSS







Яндекс.Метрика


Зорге Рихард

Зорге РихардЗорге Рихард - выдающийся советский разведчик времён Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза.
Как описывает автор одной из французских книг о Рихарде Зорге, Сталин, узнав о приготовлениях японцев обменять Зорге на своего провалившегося агента, сказал: «Нам Зорге нужен скорее мертвым, чем живым. Он слишком многое знает».
« Если бы мне довелось жить в условиях мирного общества и в мирном политическом окружении, то я бы, по всей вероятности, стал ученым. По крайней мере, я знаю определенно - профессию разведчика я не избрал бы», - отмечал Зорге про себя.1

Годы жизни: 4 октября 1895 года - 7 ноября 1944 года.

Родители:

Отец - Густав Вильгельм, инженер нефтеразработок в Баку, немец.

Мать -Нина Степановна Кобелева, русская.

Краткая хронология:

Рихард Зорге родился в семье немецкого инженера Вильгельма Зорге, занимавшегося нефтедобычей. Мать Зорге была русской и носила имя Нина.
Всего в семье Зорге было 9 детей. Двоюродный дед Рихарда Зорге Фридрих Альберт Зорге был одним из руководителей I Интернационала, секретарем Карла Маркса.
В конце XIX века семья Зорге уехала из России в Германию. В 1914 Рихард Зорге был призван в немецкую армию, участвовал в Первой Мировой Войне 1914-1918 в полевой артиллерии (1914-1917 гг.), унтер-офицер.
Был трижды ранен и награжден Железным крестом «За храбрость».
В госпитале, где Рихард Зорге лечился от ранений, он сблизился с левыми социалистами. В 1917-1919 он член Независимой социал-демократической партии, с 1919 член Коммунистической партии Германии. Был пропагандистом в Вуппертале и Франкфурте-на-Майне, редактировал партийную газету в Золингене.
Рихард Зорге был научным сотрудником Франкфуртского института социальных исследований, более известного как «Франкфуртская школа».
В 1920-1921 годах Зорге - редактор коммунистической газеты в Золингене.
В 1924 г. Рихард Зорге приехал в СССР, работал в советских учреждениях. Вскоре он стал советским гражданином.

В 1925 г.Рихард Зорге вступил в ВКП(б). С 1929 г. состоял на службе в советской разведке, был завербован Яном Карловичем Берзиным. Некоторое время не совсем удачно работал по линии разведки в Лондоне и Лос-Анджелесе.
В Москве Рихард Зорге познакомился с Екатериной Александровной Максимовой, которая впоследствии стала его женой.
С 1930 года он работал в Шанхае, где познакомился с американской журналисткой и шпионкой Агнес Смедли (некоторые авторы считают, что она была его любовницей) и японским журналистом, коммунистом Хосуми Озаки, который впоследствии стал важным информатором Зорге.
С вторжением японских войск в 1931 г. в Манчжурию коренным образом изменилось соотношение сил на азиатском континенте. Япония сделала серьезную заявку на статус азиатской супердержавы, поэтому интересы советской разведки переключаются на Страну Восходящего солнца.
Глава разведуправления Я.К. Берзин отзывает Рихарда Зорге из Китая и в 1933 г. дает ему новое задание - установить, есть ли принципиальная возможность организации советской резидентуры в Японии. До этого ни одному советскому разведчику закрепиться здесь не удавалось...
Сначала Рихард Зорге отказывается, так как считает, что с его европейской внешностью Зорге Рихардему не удастся ускользнуть от взоров подозрительных японцев.
Однако Берзин заявляет, что Зорге как никто другой подходит для выполнения этого рискованнейшего задания, что от него требуется только превратить свой недостаток в достоинство и ни в коем случае не скрывать, что он немец.
К тому же профессия журналиста позволяет ему, не вызывая особого подозрения, проявлять интерес к тому, что для других закрыто.
Кроме того, Рихард Зорге - доктор общественно-политических наук, и ни один из секретных сотрудников советской разведки не может сравниться с ним в доскональном знании экономических проблем.
Работа Рихарда Зорге в Японии началась с нестандартного хода. Было решено, что он направится туда как немецкий журналист - легально и под своим собственным именем...
Расчет делался на то, что неустоявшийся еще нацистский режим в Германии вряд ли займется серьезной проверкой Зорге. К тому же в Германии жили его мать, сестры и братья. Его младший брат Вильгельм оказал ему значительную помощь.
Лето 1933 г. (с мая по август) Рихард Зорге провел в Германии, где легализовался как журналист, вернувшийся из Китая и намеревавшийся направиться работать в Японию. 1 июня 1933 г. он официально зарегистрировался в Берлине по адресу своей матери и через некоторое время сумел получить новый загранпаспорт.
Зорге договорился о сотрудничестве с целым рядом газет, достал влиятельные рекомендательные письма. В их числе была и рекомендация к полковнику Отто, служившему офицером связи германской армии в японской дивизии в Нагоя.
Важным оказалось знакомство Рихарда Зорге в Мюнхене с «отцом» германской геополитики Карлом Хаусхофером, близким в то время к Гитлеру. Зорге договорился быть японским корреспондентом издававшегося Хаусхофером журнала «Цайтшрифт фюр геополитик».
Непосредственно в Японию Рихард Зорге направился, не возвращаясь в Москву, через Германию (Киль), Францию (Париж), Англию (Саутгемптон), США (Вашингтон и Чикаго, где тогда проходила Всемирная выставка) и Канаду (Ванкувер).
В Париже и Чикаго он встретился со связными, которые передали ему координаты связи с членами его группы в Японии. А в Вашингтоне Рихард Зорге получил рекомендательное письмо в японский МИД от посла К. Дэбути, близкого знакомого К. Хаусхофера.
Рихард Зорге прибыл в Иокогаму на пассажирском судне «Эмпрес оф Раша» («Императрица России») 6 сентября 1933 г.
ВЗорге Рихард Архиве внешней политики Японии японскими исследователями была недавно найдена копия донесения пресс-атташе германского посольства в Токио в адрес МИД Германии от 12 сентября 1933 г.
Вот его текст: «6 сентября из Америки в Японию прибыл доктор Зорге. Он собирается остаться в Германии на длительный срок в качестве корреспондента многих газет.
В соответствии с предъявленными здесь документами он является:
сотрудником «Мюнхенер иллюстрирте прессе»,
корреспондентом «Тэглихе рундшау»,
корреспондентом «Берлинер берзенкурир»,
сотрудником «Алгемеен хандельсблад» в Амстердаме,
членом редколлегии «Хот фатерлянд» (Гаага)».
Постепенно Рихард Зорге начинает создавать агентурную сеть. В его группу входит радист Бруно Вендт (псевдоним Бернгард), член КПГ, окончивший в Москве курсы радистов; гражданин Югославии, корреспондент французского журнала «Ви» Бранко Вукелич, завербованный советской разведкой в Париже, и художник-японец Иотоку Мияги, долгое время проживший в США, вступивший там в коммунистическую партию и вернувшийся в Японию по настоянию русских агентов.
Позже Рихард Зорге подключает к работе японского журналиста Ходзуми Одзаки, ставшего одним из важнейших источников информации для него.
Другим ценным источником становится недавно назначенный в Токио германский военный атташе Эйген Отт, с которым Зорге удается завязать дружеские отношения. Чтобы завоевать доверие Отта, Рихард Зорге, прекрасно разбирающийся в сложившейся на Дальнем Востоке ситуации, снабжает его информацией о вооруженных силах и военной промышленности Японии.
В результате докладные записки Отта приобретают несвойственную им ранее аналитическую глубину и производят хорошее впечатление на берлинское начальство. Рихард Зорге становится желанным гостем в доме Отта, который в прямом смысле стал «находкой для шпиона» из-за своей особенности обсуждать с друзьями дела служебного характера.
Рихард Зорге же был благодарным слушателем и компетентным советчиком...
Первые полтора года члены группы «акклиматизировались» в Токио, «обрастали» информационными источниками, налаживали каналы курьерской и радиосвязи с Центром. Полноценно группа начала работать с февраля 1936 г., когда была установлена постоянная радиосвязь с «Мюнхеном» (Москвой) через «Висбаден» (Владивосток) и Шанхай.
Сложилось определенное разделение труда: сам Рихард Зорге сосредоточился на германском посольстве, Одзаки работал в околоправительственных сферах, Мияги собирал информацию из военных кругов, Вукелич — из сообщества иностранных журналистов в Токио и от иностранных дипломатов. Кроме того, он был фотографом группы, переснимавшим на пленку документы, а также доклады Зорге для отправки с курьерами в Центр.
Появился в группе и человек, который переводил для Рихарда Зорге на английский язык японские документы и материалы. Это был знакомый Мияги по Америке — Кодзи Акияма.
Тексты шифрограмм в Центр писались Рихардом Зорге от руки на английском языке. Свои аналитические материалы Зорге писал по-немецки.
В 1935 году было решено заменить радиста. Новым радистом Рихарда Зорге стал Макс Клаузен, знакомый Рихарда еще по Шанхаю.
Примечательно, что шифр, используемый Клаузеном, не удается расшифровать ни японским, ни западным дешифровщикам. В качестве ключа Рихард Зорге, со свойственным ему остроумием, решил применять статистические ежегодники рейха, позволяющие варьировать шифр до бесконечности.
Кроме того, информация по конспиративным каналам передается в Центр на микропленках. Особо важные снимки, например военных объектов или образцов вооружения, с помощью специальной аппаратуры уменьшали до размеров точки, которую специальным составом приклеивали в конце строки письма самого обычного содержания.
Операция «Просо» обходилась советской разведке всего в 40 тыс. долларов, сумму весьма незначительную для группы Рихарда Зорге, состоящей из 25 человек, действующей в таком дорогом городе как Токио. Все они жили преимущественно на доходы от своей легаЗорге Рихардльной деятельности.
Это относится, прежде всего, к Клаузену и Мияги, гравюры которого пользовались постоянным спросом. Вукелич зарабатывал не только как фотограф, но и как токийский представитель французского телеграфного агентства Гавас. Это открывало перед ним двери многих закрытых учреждений.
В этом же, 1935 году, Рихард Зорге получил официальное разрешение работать на немцев и стал двойным агентом. О том, что Рихард Зорге на самом деле был «двойным», хотя и асимметрично двойным, агентом, не осталось особых сомнений после содержательной публикации Владимира Малеванного в «НГ» (НВО, 27.10.2000).
Шеф абвера Вильгельм Канарис, а с 1941 г. шеф разведки СД Вальтер Шелленберг являлись потребителями информации, исходившей от Рихарда Зорге. Однако, согласно автору, в мемуарах «главного гитлеровского шпиона», изданных в 1956 г. уже после смерти Шелленберга, суть дела искажена. Берлин не знал, что агент абвера (военной разведки нацистской Германии) в Японии Рихард Зорге работал на Москву. В Москве же были осведомлены о двойной роли разведчика.
В статье Владимира Малеванного проводилась любопытная мысль о том, что «источники, которые использовал корреспондент «Франкфуртер цайтунг» и Немецкого информационного бюро в Токио Рихард Зорге, не предоставляли ему японских секретных документов. Другое дело, что его аналитические способности оказались выше, чем у других журналистов и дипломатов, работавших тогда в Японии»...
Но если Зорге не использовал секретной информации о Японии, а его донесения столь высоко ценились компетентными органами СССР и Германии, то в чем состояла, используя привычный для него термин, «прибавочная ценность этих донесений, так решающая аналитическая добавка, которую привносил Зорге в имевшуюся у него несекретную информацию?
Ответ подсказывает Шелленберг, который в своих мемуарах констатирует: «Информация Зорге приобретала для нас все большее значение, так как в 1941 году мы хотели знать как можно больше о планах Японии в отношении США. Зорге уже тогда предсказывал, что пакт трех держав (Германии, Японии и Италии) не будет иметь для Германии большого значения (военного, главным образом).
И уже после того как мы начали кампанию в России, он предупреждал нас, что ни при каких обстоятельствах Япония не денонсирует свой мирный договор с Советским Союзом... »
Став ведущим немецким журналистом в Японии, Рихард Зорге часто публиковался в нацистской прессе. Накануне войны он сумел занять пост пресс-атташе германского посольства в Токио. Всесторонне образованный, с прекрасными манерами и знанием многих иностранных языков, Рихард Зорге завел широкие связи с немецких кругах, в том числе был вхож в высшие круги нацистского посольства.
Достоверно известно, что в немецком посольстве в Токио Рихарда Зорге все считали работником абвера и нацистом. Личная жизнь Зорге, и прежде всего его многочисленные связи с женщинами, стали причиной многих скандалов в немецкой колонии в Японии.
В 1938 году человек, завербовавший Рихарда Зорге - Ян Берзин, руководитель военной разведки СССР - был арестован и ликвидирован, а за ним последовала и вся его команда, в том числе должен был быть арестован Рихард Зорге.
Зорге вызвали в СССР в отпуск секретной телеграммой из Японии, где он в то время работал. Однако Рихард Зорге видимо догадался, что вместо отпуска его ждет арест, о чем свидетельствуют его телеграммы:

  • январь 1940-го: «С благодарностью принимаю ваши приветы и пожелания в отношении отпуска. Однако, если я поеду в отпуск, это сразу сократит информацию».

  • май 1940-го: «Само собой разумеется, что в связи с современным военным положением мы отодвигаем свои сроки возвращения домой. Ещё раз заверяем вас, что сейчас не время ставить вопрос об этом».

  • октябрь 1940-го: «Могу ли я рассчитывать вернуться домой после окончания войны?»

Однако отказавшись выполнять приказ центра о возвращении, Рихард Зорге продолжал свою работу и регулярно отсылал добытую информацию в центр. При этом на поддержание своей агентурной сети он тратил свои личные деньги, так как после отказа вернуться финансирование военной разведкой Советского Союза прекратилось. (?!!)
В середине июня 1938 г. происходит событие, едва не приведшее к провалу всей системы советской разведки.
В тот день границу Маньчжурии переходит начальник управления НКВД по Дальнему Востоку комиссар госбезопасности 3-го ранга Генрих Люшков. По воле случая в это же время границу намеревается пересечь корреспондент «Ангрифа» - одной из наиболее известных нацистских газет - Ивар Лисснер.
Японские пограничники просят его перевести показания Люшкова. В ходе допроса выясняется, что Люшков спасается от новой волны сталинских чисток, жертвами которой уже стали Березин и Урицкий. Из Токио за ним присылают самолет и помещают в одно из тщательно охраняемых зданий военного министерства.
Генрих Люшков сообщает настолько ценные сведения, что новый германский военный атташе подполковник Шолл, которого японский генеральный штаб регулярно снабжает всей необходимой информацией, даже предлагает Канарису прислать в Токио одного из своих сотрудников. Разумеется, Рихард Зорге узнает об этом одним из первых, причем от самого Шолла, который доверяет Зорге так же, как и его предшественник.
Для немцев и японцев показания Люшкова не имеют цены. Его сведения о частях дальневосточной армии отличаются точностью и компетентностью. В надежде заслужить доверие новых хозяев он рассказывает все, что знает.
Еще никогда Японии и Германии не удавалось столь близко подойти к святая святых советской разведки...
Через подполковника Шолла Рихарду Зорге удается получить и переснять стостраничный меморандум, составленный на основе показаний генерала Люшкова. Курьер Зорге переправляет микропленки в Москву. Это позволило советскому командованию в считанные дни заменить все кодовые таблицы, по кЗорге Рихардоторым осуществлялась шифрованная связь, и тем самым предотвратить возможность утечки секретной информации...
В середине 1938 г. Рихарду Зорге удается подобраться и к новому главе японского правительства принцу Коноэ. Его секретарем становится Одзаки Усиба, бывший одноклассник принца и лучший агент Зорге. Полтора года, вплоть до ухода принца в отставку, Одзаки будет информировать Москву обо всем, что делается и задумывается японскими политиками и военными...
Позже Одзаки займет пост начальника исследовательского отдела в правлении Южно-Маньчжурской железной дороги. От него будут поступать сведения не только о передвижении частей Квантунской армии, но и о готовящихся диверсиях и засылке агентов.
Самым важным в разведывательной деятельности Рихарда Зорге и его организации явился период 1939—1941 годов, когда ему удалось раскрыть планы нападения Германии на Советский Союз.

В сентябре 1939 г. войска Гитлера вторгаются в Польшу. Все дипломатические службы рейха активизируют свою работу. Отт предлагает своему другу Рихарду Зорге стать сотрудником посольства. Однако журналист в свойственной ему шутливой манере отказывается от столь лестного предложения и лишь выражает готовность и дальше в частном порядке исполнять обязанности секретаря посла Отта и снабжать сотрудников посольства всей получаемой информацией. Именно так говорится в подписанном им и Оттом договоре.
Кроме этого, Рихард Зорге соглашается издавать ежедневный бюллетень, предназначенный для двухтысячной немецкой колонии в Токио. Новая обязанность хотя и обременительна, но дает доступ к самым свежим радиограммам из Берлина.
Рихард Зорге один из первых сообщил в Москву данные о составе нацистских сил вторжения, дате нападения на СССР, общую схему военного плана вермахта. Однако эти данные были настолько детальны и, кроме того, не совпадали с уверенностью И.В. Сталина в том, что А. Гитлер не нападет на СССР, что им не придали значения...
Неординарная во многих отношениях личность, тонкий аналитик, талантливый журналист, Рихард Зорге стал ценнейшим источником информации. Смысл работы Зорге заключался в предотвращении возможности войны между Японией и СССР, что им было блистательно исполнено.
Осенью 1941 г. Рихард Зорге сообщил, что Япония не вступит в войну против СССР, а будет воевать на Тихом океане против США - это позволило СССР перебросить войска на запад и советские сибирские дивизии стали той ударной силой, которая помогла выиграть битву за Москву...
О выходках и авантюрах Рихарда Зорге в ипостаси тайного агента, который не брезговал никакими средствами добывания информации, досужие биографы, мемуаристы, романисты и кинематографисты повествовали и все еще повествуют наотмашь и взахлеб.
Чарльз Уайтон: «Была у Зорге еще одна страсть - скорость. Он был бесшабашно смелым за рулем машины и мотоцикла, который очень любил водить.
И однажды, когда Зорге ехал к Клаузену (радисту) из бара «Империал» с секретными сообщениями для передачи в Москву, он попал в серьезную аварию. Его доставили в госпиталь, куда Клаузен смог попасть лишь через какое-то время, однако успел достать из кармана брюк Зорге зашифрованные сообщения до того, как появилась Кэмпэйтай» (японская военная жандармерия).
Но не зря все-таки Гегель говорил, что ничто великое в мире не делается без страсти. Любовь к скорости однажды в Китае сослужила Рихарду Зорге отменную службу.
Сергей Голяков и Михаил Ильинский: «Чан Кайши был азартным автомобилистом. Он создал автомобильный клуб Китая. Рихард, страстный любитель автоспорта, вступил в этот клуб, стал принимать участие в состязаниях.
Однажды, во время одной из гонок он сумел выжать из своей скромной спортивной машины все, на что она была способна, и, приближаясь к финишу, обогнал роскошный американский автомобиль президента клуба.
Лицо Чан Кайши исказилось от гнева - он всегда выходил победителем. Да и кто бы осмелился обогнать генералиссимуса!
Рихард гнал свою машину на полкузова впереди Чан Кайши. Лишь у самого финиша он смирил азарт спортсмена - сбросил газ. Машина Чан Кайши первой пересекла заветную линию.
Генералиссимус сиял. Он подошел к Зорге, пожал руку достойному сопернику, поинтересовался, кто он и откуда.
Отныне Зорге мог надеяться на благосклонность Чан Кайши. Его непременно приглашали в загородные резиденции. С ним охотно беседовали генералы из окружения правителя страны».
Притчей во языцех стала неукротимая любвеобильность тайного агента Рихарда Зорге.
Еще в Коминтерне и параллельно в Институте Маркса-Энгельса он, по его словам, крутил любовь «по-марксистски» со всеми симпатичными сотрудницами, которые были в зоне досягаемости.
А позже разделял постель и информацию одновременно и с женой, и с секретаршей, и с любовницей германского посла в Токио Ойгена Отта.
Историки, опираясь на донесения японских и нацистских спецслужб, утверждают, что Рихард Зорге, который был женат три раза (на немке Кристине, русской Екатерине и японке Исии, она же Мияке), в Японии «поддерживал устойчивые контакты» с 52 женщинами...
Мощным оружием Рихарда Зорге стали беспрестанные застолья с нужными люди, которых он уверенно перепивал и потом выкачивал из них важные для Центра сведения. Хотя безнаказанным ему остаться так и не удалось: по воспоминаниям приятеля Рихарда Зорге князя Альбрехта Эберхарда Карла Геро фон Ураха, корреспондента, а затем редактора центрального органа нацистской партии «Der foelkische Beobachter», «выпивая, он проходил все состояния пьяницы: экзальтированность, слезливую униженность, агрессивность, паранойю и мегаломанию, делириум, ступор и серое одиночество похмелья, которое можно было развеять лишь новой порцией алкоголя»...
Японцами, а не нашими соотечественниками, был впервые радикально поставлен главный вопрос, который ставит перед уважающими себя зорговедами его сложная жизнь: был ли Рихард Зорге в строгом смысле термина «советским шпионом»?
Признавая в своих показаниях во время следствия, что он передавал аналитическую информацию военной разведке СССР и через нее - его политическому руководству, Рихард Зорге отверг свою квалификацию следствием в качестве советского шпиона.
За ним последовали в этом и японские юристы...
Как сообщил Борис Шлаен в статье «Продолжение легенды или ее разоблачение?» («Вестник». 1997. № 24), почти 10 лет 10 адвокатов из Иокогамы потратили на тщательное изучение дела Рихарда Зорге. Результатом их труда стал многостраничный доклад, авторы которого пришли к выводу: Рихарда Зорге повесили 7 ноября 1944 года на основании ошибочного приговора. Конкретно журналиста обвинили в том, что он раздобыл информацию о секретном заседании Императорской конференции, на которой было принято решение повернуть военную машину не против Советского Союза, а против Индокитая.
По мнению адвокатов, ни одно из этих обвинений нельзя назвать обоснованным. После нескольких лет внимательного изучения процесса и протоколов допросов юристы заключили, что Рихард Зорге занимался лишь анализом информации, которую он получал от других, причем эти сведения зачастую противоречили друг другу...
Журналист Рихард Зорге интерпретировал их точно так же, как это сделал бы и любой другой человек на его месте».
По мнению иокогамских юристов, ни о каком шпионаже в данном случае говорить не приходится, поскольку здесь не было ни государственной тайны, ни шпионской деятельности...
Разумеется, суть проблемы состоит не в юридической квалификации информационной деятельности Рихарда Зорге в Японии самой по себе, хотя она крайне важна. Суть в том, какому делу он присягал и служил, и как он его понимал...
Понятно, что главными биографами Иисусов, как правило, выступают Иуды. Хотя Рихард Зорге не годится в Учители праведности, но это произошло после смерти и с ним...
Между Москвой и Зорге начинают портиться отношения. Кремль не устраивает слишком самостоятельная манера поведения резидента, его независимый образ жизни и зачастую пренебрежение первейшими правилами конспирации.
Так, он практически никогда не проверяет своих агентов, и вопреки настойчивым предупреждениям Центра, забывает уничтожать секретные материалы.
Рихард Зорге даже не замечает, что радист группы Клаузен хранит у себя копии всех радиограмм и, кроме того, подробно описывает в своем дневнике деятельность их группы. И самое удивительное, что он даже в компании высокопоставленных сотрудников германского посольства никогда не скрывал своих симпатий к Сталину и Советскому Союзу.
Все это пока сходило с рук везучему Рихарду Зорге...
Зорге и его группа проработал в Японии 8 лет. Это очень большой срок по меркам военной разведки...
Развязка наступила накануне нападения японского ВМФ на американскую военно-морскую базу Пирл-Харбор на Гавайях. Готовясь к войне с США, Япония с осени 1941 г. резко ужесточила контроль за всеми иностранцами на своей территории, а также за японцами, приехавшими на острова из Америки.
Рихард Зорге почувствовал это ужесточение в августе 1941 г., когда его подругу Ханако Исии дважды вызывали в полицейский участок Ториидзака и склоняли к тому, чтобы она начала передавать полиции информацию о Зорге.
Рихард Зорге отправил Ханако к матери, а инцидент с полицейскими попытался уладить, пригласив их в ресторан.
Аресты членов группы Рихарда Зорге начались в октябре 1941 года...
Существует несколько версий провала группы Зорге. Мы упомянем лишь наиболее предпочтительную на сегодня версию о «коминтерновском», или «коммунистическом», следе провала группы.
Все участники группы, за исключением Одзаки, были отобраны руководством советской военной разведки из членов компартий разных стран. Эти люди работали не ради денег и не по принуждению, а во имя коммунистической идеи, которой посвятили свои жизни. В этом заключались сила и преимущество группы Рихарда Зорге.
Но это обстоятельство предопределяло и ее объективную слабость, так как кадры группы черпались из источника, традиционно находившегося под контролем полиции...
Факты говорят о том, что именно неосторожные контакты прежде всего Ётоку Мияги с идейно близкими ему людьми в Японии (а большинство из них в конкретных условиях полицейского режима в стране находилось под контролем полиции или было попросту связано с ней) и дали в руки японской контрразведки ту ниточку, которая привела к аресту группы Рихарда Зорге.
Среди информаторов Мияги были, например, отсидевшие в тюрьме за коммунистическую деятельность и выпущенные из тюрем после отказа от коммунизма Масадзанэ Ямана, Фусако Кудзуми и Угэнда Тагути. Причем Фусако Кудзуми вообще оказалась гражданской женой Сиро Митамура - одного из руководителей довоенной КПЯ, обвиненного к тому же в провокаторстве.
В октябре 1941 г. агентами японской разведки по подозрению в принадлежности к коммунистической партии был арестован один из подчиненных Одзаки. На допросах он среди прочих знакомых шефа назвал художника Мияги, обыск у которого позволил обнаружить целый ряд компрометирующих его материалов. Арест самого Ходзуми Одзаки не заставил себя ждать...
Далее последовали аресты всей группы: сначала Клаузена и Вукелича, затем самого Рихарда Зорге, который попал в ловушку, расставленную японской разведкой, познакомившей его с танцовщицей кабаре - агентом контрразведки (она была убита агентами НКВД уже после смерти Рихарда Зорге).
18 октября 1941 г. Зорге был арестован японской полицией и помещен в токийскую тюрьму Сугамо. После недолгого отрицания предъявленных ему обвинений он под давлением неопровержимых улик, попавших в руки полиции при аресте его и Клаузена, начал давать показания...
Во время следствия и на суде Рихард Зорге держался мужественно.
Аресты людей, с которыми контактировали члены группы Зорге и от которых получали информацию, продолжались до конца 1941 г.; вторая волна арестов прошла весной 1942 г.
Именно тогда были арестованы два видных представителя политической элиты Японии - Кинкадзу Сайондзи, бывший советник японского МИД и кабинета министров Японии, внук последнего «гэнро» Кинмоти Сайондзи, являвшегося «серым кардиналом» политической жизни страны, а также Кэн Инукаи, бывший член парламента, сын премьер-министра Японии Цуёси Инукаи, убитого террористом в 1932 г.
Вместе с Одзаки они входили в мозговой центр правительства Коноэ и являлись ценными источниками информации для группы Рихарда Зорге.
Всего было арестовано 35 человек.
Полиция разделила арестованных на две группы. В первую вошли те, кто, по мнению полиции, непосредственно участвовал в разведдеятельности группы. По полицейской терминологии - «участники группы». Таких полиция насчитала 17 человек.
Помимо подлинных членов группы - Зорге, Одзаки, Мияги, Вукелича, супругов Клаузен, а также утвержденного Центром Ёсинобу Косиро (Мики), в этом списке числились:
• Томо Китабаяси,
• Кодзи Акияма (брокер),
• Фусако Кудзуми (служащая),
• Сигэо Мидзуно (служащий из Киото),
• Угэнда Тагути (брокер),
• Масадзанэ Ямана (служащий с Хоккайдо),
• Сумио Фунакоси,
• Тэйкити Каваи (из Исследовательского центра Китая в Пекине),
• Ёсио Кавамура (руководитель шанхайского отделения газеты «Майнити нити-нити»),
• Токусабуро Ясуда (врач).
Остальные 18 человек были сочтены «пособниками» группы. Из них 8 человек были после допросов в полиции освобождены, в их числе Ёсисабуро Китабаяси — муж Томо Китабаяси. Оставшиеся 10 человек :
• Ю. Такахаси (сотрудник токийского отделения «Мантэцу»),
• Миё Акиминэ (советник информотдела кабинета министров),
• Фусако Такэда (домохозяйка),
• Синтиро Танака (зав. отделом газеты «Токио Асахи»),
• Хатиро Кикути (военный корреспондент),
• Хисатака Кайэда (служащий «Мантэцу»),
• Нориаки Гото (служащий «Мантэцу»),
• Ёсио Мияниси (служащий отделения «Мантэцу» в Токио),
• Кинкадзу Сайондзи,
• Кэн Инукаи.
Допросы Рихарда Зорге проводились в два этапа. С 26 октября 1941 г. по 7 марта 1942 г. его допрашивал инспектор особой полиции «Токко» (Министерство внутренних дел) Хидэо Охаси. Всего было проведено 33 допроса.
Когда в 1962 г. вышли в свет три тома с материалами «Дела Зорге», протоколы этих допросов не были обнаружены и считались утерянными. Они были впервые опубликованы в четвертом томе «Дела Зорге», изданном в 1971 г.
Может быть, именно из-за этого обстоятельства указанный материал прошел мимо внимания большинства исследователей Рихарда Зорге...
Арест Рихарда Зорге вызывает переполох в германском посольстве. Отт, понимая, что дружба с человеком, оказавшимся агентом вражеской разведки, полностью компрометирует его, прилагает все усилия, чтобы замять эту историю.
Он пытается убедить Берлин, что Рихард Зорге стал жертвой интриг японской полиции. Как ни странно, это ему почти удается, несмотря на обличающие Зорге показания членов его группы. И только когда в дело вмешивается резидент абвера на Дальнем Востоке Ивар Лисснер, следствие по делу Зорге получает однозначную оценку: Рихард Зорге - агент Москвы.
Отту приходится уйти в отставку и поставить крест на дипломатической карьере...
В феврале 1942 г. параллельно с допросами Хидэо Охаси начал допросы Рихарда Зорге и прокурор Мицусада Ёсикава (Министерство юстиции). Распорядок был такой: до обеда допросы вел Охаси, после обеда — Ёсикава.
Во время первых допросов Ёсикава (с 1 по 33) Зорге отвечал на вопросы прокурора письменно, собственноручно печатая ответы на машинке. Эта часть допросов и составила текст так называемых «Тюремных записок» Рихарда Зорге.
Они были опубликованы в первом томе «Дела Зорге», а русский перевод их вышел в журнале «Новая и новейшая история» (1994, № 4–5, 6; 1995, № 2).
Заключительная часть допросов (с 34 по 47) велась обычным порядком и была опубликована также в первом томе «Дела Зорге». Прокурор Ёсикава закончил свои допросы 27 марта 1942 г.
17 мая 1942 г. появилось первое и единственное официальное сообщение об аресте группы Рихарда Зорге.
Текст его был подготовлен прокуратурой. В нем участники группы Зорге представлялись «агентами Коминтерна», членами «международной шпионской организации», действовавшей якобы по приказу Коминтерна.
В вину Рихарду Зорге и его товарищам вменялось нарушение трех основных законов: о поддержании общественного порядка, об обеспечении национальной безопасности и о сохранении военной тайны.
Другими словами, по аналогии с японскими коммунистами Рихард Зорге и его товарищи обвинялись, кроме всего прочего, и в подрыве государственных устоев страны...
Ни Советский Союз, ни советская военная разведка в сообщении не упоминались.
Накануне, 16 мая 1942 г., официальные обвинения были предъявлены первым 7 обвиняемым: Зорге, Одзаки, Максу Клаузену, Вукеличу, Мияги, Сайондзи и Инукаи. Остальным обвинения были предъявлены позднее.
В июне 1942 г. дела 18 обвиняемых по «делу Зорге» были направлены в Токийский окружной уголовный суд. Однако прежде чем начались судебные заседания, Рихард Зорге и остальные обвиняемые в течение полугода подвергались повторным допросам - теперь уже со стороны судей. Рихарда Зорге допрашивал судья Кадзуо Накамура. Его допросы закончились 15 декабря 1942 г. Судебные заседания начались 31 мая 1943 г. Дело каждого обвиняемого рассматривалось отдельно тремя судьями. Соответственно, по каждому обвиняемому выносился отдельный приговор.
Приговоры основным обвиняемым были вынесены 29 сентября 1943 г.:
• Рихард Зорге и Одзаки были приговорены к смертной казни.
• Вукелич и Макс Клаузен - к пожизненному заключению,
• Анна Клаузен — к 3 годам тюрьмы.
В приговоре Рихарду Зорге на этот раз было указано, что он в 1929 г. ушел из Коминтерна в Четвертое управление ГШ РККА, то есть, в советскую военную разведку.
Однако вновь утверждалось, что Зорге продолжал работать и на ЦК советской компартии, и на Коминтерн, который ставил своей целью «изменение государственного строя в нашей стране».
В качестве обстоятельства, отягчавшего вину Рихарда Зорге, выдвигалось даже то обстоятельство, что он «продолжил дело своего деда Адольфа Зорге» (соратника К. Маркса по Первому Интернационалу) (Дело Зорге, т. 1, Токио, 1962, с. 507–508).
В декабре 1943 г. были вынесены приговоры Сигэо Мидзуно (13 лет), Фусако Кудзуми (8 лет), Томо Китабаяси (5 лет), в январе-феврале 1944 г. — Ёсинобу Косиро (15 лет), Угэнда Тагути (13 лет), Масадзанэ Ямана (12 лет), Сумио Фунакоси (10 лет), Тэйкити Каваи (10 лет), Кодзи Акияма (7 лет), Хатиро Кикути (2 года).
Двое обвиняемых были осуждены условно: Кинкадзу Сайондзи - на 1,5 года с отсрочкой исполнения приговора на 2 года и Токутаро Ясуда - на 2 года с отсрочкой на 5 лет.
Что касается Кэн Инукаи, то он избежал судебного разбирательства.
Кроме того, в тюрьме до вынесения приговора умерли Ёсио Кавамура (15 декабря 1942 г.) и Ётоку Мияги (2 августа 1943 г.).
После вынесения приговора в тюрьме умерли Вукелич (15 января 1943 г., в тюрьме Абасири), Сумио Фунакоси (27 февраля 1945 г.) и Сигэо Мидзуно (22 марта 1945 г.).
Рихард Зорге и Одзаки подавали апелляции на решение суда, но они были отклонены, и казнь через повешение состоялась в один день - 7 ноября 1944 г.
Клаузен, более посвятивший японцев в деятельность группы Рамзая и приговоренный к пожизненному заключению, будет освобожден американцами в 1945 г.
ОтсБерзинрочка между приговором Рихарду Зорге (сентябрь 1943 г.) и его казнью (ноябрь 1944 г.), по-видимому означает, что японская разведка предполагала обменять Зорге на провалившегося японского разведчика.
Эту версию тем более подтверждает тот факт, что в тюрьме ему были полностью восстановлены зубы, которые он потерял во время автоаварии, а из его квартиры забрали один из приличных костюмов.
Однако по каким-то причинам обмен не состоялся...
Как описывает автор одной из французских книг о Рихарде Зорге, Сталин, узнав об этих приготовлениях, сказал: «Нам Зорге нужен скорее мертвым, чем живым. Он слишком многое знает».
Любопытные заявления советских военачальников, касающиеся оценок Сталиным роли Рихарда Зорге в начале Великой Отечественной войны, приводит в своих мемуарных записках генерал-майор в отставке М. Иванов: «У Сталина тогда (после 22 июня 1941 г.), по всей видимости, мнение о Зорге переменилось.
Уже после начала войны, по словам Голикова, он дважды спрашивал его: «А что пишет ваш немец из Токио?»
В свою очередь бывший начальник политотдела РУ ГШ РККА, бригадный комиссар И. И. Ильичев позже в конфиденциальной беседе со мной говорил: «И. В. Сталин как-то в присутствии маршала А. В. Василевского сказал, что в Японии военная разведка имеет разведчика, цена которого равна корпусу и даже армии». («Азия и Африка сегодня», № 4, 2000, с. 27, 29.)
Уникальный документ о последних минутах жизни Рихарда Зорге обнаружен недавно японским ученым Томия Ватабэ у одного из токийских букинистов.
Среди документов штаба оккупационных войск США были четыре листа с описанием двух смертных приговоров, приведенных в исполнение 7 ноября 1944 года. Речь идет о Рихарде Зорге и его помощнике Одзаки Ходзуми...
Начальник тюрьмы Итидзима сообщает, что в сопровождении надзирателей он вошел в камеру Рихарда Зорге и, проверив имя и возраст осужденного, сообщил ему, что, согласно приказу министра юстиции, сегодня будет приведен в исполнение смертный приговор.
На вопрос начальника тюрьмы, желает ли Зорге что-либо добавить к написанному ранее завещанию относительно своего тела и личных вещей, разведчик ответил: «Мое завещание остается таким, каким я его написал».
В конце разговора Рихард Зорге повернулся к тюремным служащим и сказал: «Я благодарю вас за вашу доброту».
Рука тюремного начальника зафиксировала время исполнения смертного приговора: с 10.20 до 10.36.
В соответствии с волей казненного, а также на основании тюремного кодекса его тело было предано земле. Впоследствии сотрудники тюрьмы Сугамо рассказывали, что Рихард Зорге встретил смерть исключительно мужественно с гордо поднятой головой.
Последними словами Рихарда Зорге перед казнью были: «Да здравствует Советский Союз, да здравствует Красная Армия!»
Рихард Зорге похоронен на кладбище Тама в Токио.
Из докЗорге Рихардумента ГРУ СССР (1964 г.) «Опыт организации и деятельности резидентуры «Рамзая»» (автор М. И. Сироткин): «Оценивая «Рамзая» с точки зрения его деловых качеств, надо признать, что он был энергичным и талантливым разведчиком, умевшим правильно ориентироваться в сложной обстановке, находить в ней главное и решающее и целеустремленно и настойчиво добиваться намеченной цели.
Заслуга «Рамзая» в том, что он в трудных условиях, в малоизученной агентурной обстановке в Японии, нашел пути создания агентурной разведывательной организации и на протяжении долгих 8 лет вел эффективную разведывательную деятельность...»

Рихард Зорге был дважды официально женат:
-первая жена Кристина Герлах, бросила Рихарда в 1926 г., вернувшись из СССР в Германию;
- вторая жена Екатерина Максимова - была арестована в 1940 г., призналась в связях с врагами, выслана в Красноярский край (Большая Мурта), где умерла 3 июля 1943 г.
В 1964 реабилитирована.
Кроме того Рихард Зорге долгое время жил в гражданском браке с японкой Исии Ханако.
5 ноября 1964 был Рихард Зорге награжден званием Героя Советского Союза (посмертно). Истинной причиной присвоения звания Героя Советского Союза была видимо не добытая им информация, а его деятельность по обеспечению не нападения Японии на СССР...

 

Просмотров: 26873

Комментарии к статье:



Добавить новый комментарий:






Введите в поле результат операции:

Проверка на бота